Ваш самый главный актив - это вы сами. Вложите свое время, свои усилия и деньги в обучение, подготовку и поддержку вашего самого главного актива.

RSS Карта сайта

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА

{T_LINK}

Движение возмещающей части валовых инвестиций » Простые радости » Йоанна Малиновская: «Моя задача — снимать всё как есть» / Новости культуры Красноярска и Красноярского края

Йоанна Малиновская: «Моя задача — снимать всё как есть» / Новости культуры Красноярска и Красноярского краяЭто фиксация оперы, которую художники С. Т. Джаспер и Йоанна Малиновска и куратор Магдалена Москалевич поставили на Гаити с целью исследовать совместную историю Польши и Гаити и представить жителей деревни Казаль миру. В Казале живут потомки польских солдат из наполеоновских легионов, которых отправили в 1802-1803 годах на Гаити, чтобы помочь властям подавить бунт чернокожих рабов — многие из приехавших поляков перешли на сторону бунтовщиков. Для создания оперы из Польши приехала труппа, режиссер и хореограф. Опера была исполнена коллективом из пяти солистов и дирижера познанской оперы, двадцати одного музыканта с Гаити и восемнадцати танцоров из Казаля. Действо происходило прямо между домами на улице, где проезжают мотоциклы, рядом с привязанной козой и в присутствии более ста зрителей.

Опера длится 82 минуты — специально для ее показа в Музейном центре «Площадь мира» построили павильон. Как возникла идея его создания? В проекте сочетаются очень многие идеи, разные предпосылки создания. В первую очередь, данная опера была презентована на Венецианском фестивале, и нам хотелось создать полноценный образ — потому что мы представляли свое государство, Польшу. Это был своего рода экспорт, как мы ее презентуем в других странах, что она представляет из себя. С другой стороны, съемки происходили на Гаити, и здесь присутствует очень много людей, которые еще во времена Наполеона были посланы туда из Польши. Они чувствуют какую-то связь, даже несмотря на то, что в данный момент они не связаны с Польшей, они все равно ощущают эту связь, и в некотором смысле репрезентируют себя как поляки.

Присутствуют даже некоторые внешние черты — у многих темнокожих голубые глаза, светлые волосы. Мы вдохновлялись идеей героя фильма «Фицкарральдо» Вернера Герцога (который хотел поставить оперу в джунглях Амазонии) . Почему это было сделано как панорама и почему нужно показывать это в музее, где можно смотреть видео с любого места, не с начала? Когда мы презентовали наш проект на Венецианской биеннале, там он был более масштабным, то основная идея заключалась в том, что вы, находясь перед инсталляцией, оказывались в этом месте, вовлечены, и находясь как бы в этой деревне. Во время нашего пребывания на Гаити мы готовили документальную часть. Мы взяли за основу то, как Кшиштоф Кесьлёвский подходил к людям и спрашивал, чего бы они хотели, какие у них мечты и желания, потом он все это объединял от самых банальных и традиционных ответов до сумасшедших и экстраординарных (когда, например, 98-летняя женщина ответила, что хотела бы жить еще дольше). Мы тоже подходили к людям, спрашивали их желания, и нам было интересно сделать это именно в таком формате, потому что на той же Венецианской биеннале представлены многие страны, у многих стран есть павильоны, а у Гаити нет. Нам бы хотелось их позиционировать на таком же уровне, так же ярко и отличительно. Расскажите о технических особенностях постановки — там привязана коза, все это на дороге.

Было ли специально что-то поставлено или все стихийно? Конечно, здесь интересен и сам процесс создания проекта, для нас это было сложное и противоречивое занятие — прежде всего, нам пришлось отправиться на Гаити. В деревне, где мы планировали создать этот проект, нет электричества, люди живут в других условиях, не в таких, как привыкли жить люди в Европе. Безусловно, было сложно сделать так, чтобы нас не воспринимали как негативно настроенных агрессоров. Поэтому было много поездок, которые были направлены на знакомство со старейшинами деревни, с молодым поколением, налаживанием контактов, для того чтобы в дальнейшем приступить к созданию проекта. Наш фильм может считаться документальным, было применено минимум манипуляций, мы ничего не контролировали. Единственное, мы пытались заснять панораму на 360 градусов, и было сложно объяснить некоторым людям, что когда они ходят, то на записи получаются причудливыми привидениями. Основная задача стояла — снимать все так, как оно есть, даже если бы случилось что-то непредвиденное, мы бы все равно это снимали.

Была задача показать непосредственную жизнь в этой деревне. На Гаити случаются постоянно какие-то землетрясения, природные явления, и в фильме отображены люди, у которых нет частей тел. Это не было специально подготовлено, это снято как оно есть. Почему сегодня важно обращаться к истории народа, идентификации? Наверное, сейчас это актуальная и животрепещущая тема, после того, как был создан Европейский союз, когда, казалось бы, нации объединились, многие в Европе, каждая нация чувствует свою индивидуальность, и всем интересно вникнуть в это «свое» — то, что тебя немного отличает от других людей. Конечно, здесь нельзя не отметить тот факт, что сегодня существует нетолерантность, кто-то из людей позиционирует себя как нечто противоположное другим, несмотря на то, что границы стираются, остается абстрагирование, отделение.

В первую очередь, было очень интересно продемонстрировать наш проект именно в Польше, для наших сограждан, потому что существует мнение, что поляки это только какие-то определенные характеристики и только католики. Нам хотелось показать и посмотреть на реакцию. Хотелось показать, что есть поляки с черной кожей, они живут в сотне тысяч километров от Польши, но между тем они являются поляками. Одинаково ли это произведение смотрится в Сибири и в Венеции? Я не считаю, что есть какая-то грандиозная разница между показами, нет разрыва неимоверного между культурой и публикой там и здесь. Есть много аспектов, которые могут повлиять на восприятие, например, знания людей истории — для того, кто знает историю Гаити, это будет раскрываться в одном ключе, кто-то увлекается искусством, кто-то приходит просто посмотреть, и для нас сама идея осталась той же самой.

Видео достаточно веселое, потому что там сидит оркестр посреди улицы, играет, иногда даже не совсем точно, есть там нотки юмора, и потому, я думаю, что это интернациональный, универсальный проект. Как ваш проект вписывается в концепцию биеннале «Практики соприкасания»? Мы приехали и работали на Гаити, поэтому это была своего рода практика соприкасания, так же как и здесь вы приходите, смотрите, это дает реакцию в мыслях, сознании. Как нужно смотреть инсталляцию? Как долго, с какого места? Думаю, это зависит от выбора человека. Я, когда проект был готов, смотрела на него с разных точек — от этого сама суть не меняется. Проект сам по себе длинный, 82 минуты, для кого-то может быть сложно смотреть все от начала и до конца. В начале, например, присутствует такой период, когда в принципе ничего не происходит, раннее утро, люди просыпаются, темно на улице, но уже начинается какая-то жизнь — так же, как в опере есть увертюра, какая-то подготовка, так же и здесь.

Когда мы в первый раз его показали в Венеции, то были отзывы критиков, что это очень долго, никто не осилит это, как можно так долго смотреть. Но находились люди, которые находили в этом способ уйти на какое-то время от мира, и они не замечали, как проходили эти 82 минуты, просто наслаждаясь зрелищем. Посмотреть монументальную панорамную видеопроекцию «Галька/Гаити 18°48’05’’N 72°23’01’’W» можно до 30 ноября в Музейном центре «Площадь Мира». Показ монументальной видеопроекции на Красноярской музейной биеннале осуществляется благодаря Польскому культурному центру в Москве, Национальной галерее искусств «Захента» (Варшава) и Организации «Живое Искусство». Генеральный партнер биеннале — Фонд Михаила Прохорова.



Автор: admin 5-04-2016, 12:31 Комментарии: 0 Просмотров: 378

Партнеры

РЕКЛАМА

РЕКЛАМА

{links}

Цитата дня

Большинство людей начинают интересоваться акциями, когда все остальные интересуются. Время интересоваться — это когда никто другой не интересуется. Вы не можете купить что-либо популярное и выиграть от этого.